«Это наша боль»: архитектор и москвичи в шоке от памятника Есенину

«Это наша боль»: архитектор и москвичи в шоке от памятника Есенину

О «вымирании» в искусстве вновь заговорили жители Москвы, да и не только они. Причиной страшного разочарования стало открытие памятника Сергею Есенину на территории Московского государственного музея самого же поэта в Замоскворечье.

Под пышные фанфары и пламенные речи автор «шедевра» неустанно радовался собственному же «таланту», не забывая про патриотизм, гордость и переживания о нелегкой судьбе классика:

— Есенин — это ангел со сломанными крыльями… Это наша боль. Его поэзия — отражение великой печали и великой красоты русского народа, — пояснил автор скульптуры Григорий Потоцкий.

Вот только сами жители столицы подобного искусства и воплощения «ангела» не оценили, посчитав, что памятник может смело возглавить топ «10 самых уродливых памятников России»:

«Искусство должно быть интуитивно понятно всем от художника до дворника. Тогда это действительно народный шедевр. А данный монумент – уродство», – Дима Вишняков.

«Ужасный памятник. Даже если крылья сломанные хотели сделать, стоя бы его оставили. Срамота.
Архитектор еще наверно и денег на него получил десятки миллионов», – Дмитрий Южновский.

«Это безусловно лидер среди уродских памятников! Омерзительная работа, оскорбляющая творчество поэта, ничего общего с его творчеством не имеющая! Обидно, что на улицах столицы появляется такое», – Анастасия Родионова.

Наша редакция, ввиду отсутствия художественного образования, связалась с архитектором и дизайнером из Москвы Ольгой Соболь, чтобы выяснить кажется ли москвичам, что это «убожество», а не памятник:

«Это настолько плохо, что у меня дар речи пропал. Самое мягкое определение чувств по поводу памятника – это недоумение. Манера исполнения может быть разная, не обязательно академическая, но вот композиция важна для восприятия. И в случае с этим памятником жуткое впечатление производят крылья, их связь с фигурой, пропорции. Искусство должно вызывать эмоции, но на этот памятник просто не хочется смотреть».

Остается только лишь гадать, что же хотел воплотить Григорий Потоцкий в своем «творении», какую аллегорию пытался донести до нас, простых смертных. Очевидно, что не вышло. Глядя на это «чудо», остается лишь порадоваться, что Есенин не может сам оценить масштаб бедствия. А еще очень хочется прикрыть сие творчество, ну или сослать в Пензу, где памятник кентавру уже предлагают убрать в кустики с глаз подальше.